RADSUBSTANCE

Уролитин А (Urolithin A). Мышечная дистрофия и старение

Уролитин А – естественный метаболит, образующийся в кишечнике человека из полифенолов, содержащихся в гранате, орехах и других растительных продуктах. Стимулирование аутофагии и митофагии уролитином А делает его перспективной молекулой для увеличения человеческого долголетия. В животных моделях болезни Альцгеймера показаны нейропротекторные эффекты препарата и его предшественника – гранатового сока, а такие увеличение продолжительности жизни, положительное действие на мышцы, сердечно-сосудистую систему и кишечник. Потенциал уролитина А для применения у людей еще недостаточно изучен. В обзоре рассмотрены результаты доклинических и клинических исследований уролитина А и гранатового сока или экстракта.

Общая характеристика

Уролитин А (Urolithin A, UAS03, UroA, 3,8-Dihydroxyurolithin; 3,8-дигидрокси-6H-дибензо[b,d]пиран-6-он; C13H8O4; CAS 1143-70-0)

Рисунок 1 – Образование уролитин А под действием микробиома кишечника

Гранаты (Punica) содержат природные полифенолы, включая эллагитаннины, которые гидролизуются до эллаговой кислоты. Эллаговая кислота преобразуется микробиотой (син. микробиом) кишечника в уролитины. Микробиом кишечника включает совокупность микроорганизмов, бактерий, вирусов, простейших и грибов, обитающих в желудочно-кишечном тракте. Различные исследования преимущественно изучали антиоксидантные эффекты уролитина, но более интересным с точки зрения старения является то, что уролитин А, как недавно сообщалось в научных публикациях, вызывает аутофагию (естественное разрушение клеткой ненужных или их поврежденных компонентов) и митофагию (разрушение митохондрий при аутофагии). Улучшение здоровья митохондрий обусловлено селективной очисткой и утилизацией дисфункциональных митохондрий. Митофагия нарушается с возрастом и при некоторых старческих заболеваниях. Восстановление правильного функционирования митофагии считается перспективной стратегией противодействия возрастному снижению работоспособности органов. Кроме того, митофагия улучшает качество клеточного пула митохондрий и тесно связана с генерацией новых органелл, что приводит к улучшению митохондриальной дыхательной способности. Поскольку уролитин А еще находится на ранней стадии разработки, в данном обзоре также будут рассмотрены исследования с использованием экстракта граната.

Уролитин А принадлежит к семейству уролитинов, характеризующихся химической структурой, содержащей α-бензо-кумариновый каркас (Рис. 1). Уролитины образуются в толстой кишке после опосредованной микробиомом трансформации природных полифенолов, которые содержатся в диетических продуктах, таких как гранаты, клубника, малина и грецкие орехи [1].

Впервые уролитиновые метаболиты были обнаружены у крыс в 1980 году [2]. Позже результаты экспериментов подтвердили, что аналогичное преобразование происходит в микробиоме кишечника у многих видов, включая насекомых, червей и млекопитающих. Исследование 2005 года также показало образование уролитин А из эллаговой кислоты микробиотой кишечника человека [3], что делает его наиболее распространенным типом уролитина, производимым естественным образом. Затем в клинических исследованиях было проведено измерение содержания уролитин А в плазме крови человека после употребления граната, ягод и орехов.

Интересно, что трансформация пищевых предшественников в уролитин А наблюдается не у всех людей. Каждый человек по-разному метаболизирует компоненты граната. В работе 2018 года определили три различных типа метаболизма уролитина (UM): метаботип UM-В (субъекты, которые производят изоуролитин А и/или уролитин В, а также уролитин А), UM-А (выделяют только уролитин А) и UM-0 (уролитины вообще не вырабатываются) [4]. В исследовании людей с избыточным весом [5] обнаружили, что у лиц с UM-В концентрации биомаркеров сердечно-сосудистого риска (LDL-c, apoB, oxLDL-c и т.д.) были выше, чем у людей с UM-А и UM-0, и только с UM-В наблюдалось улучшение этих биомаркеров при употреблении экстракта граната в течение трех недель. Неясно, связано ли это с уролитинами как таковым, или же с тем, что у лиц с UM-В биомаркеры ССЗ изначально были хуже.

В другом исследовании 2018 года [4] обнаружили, что основным фактором, определяющим метаботип уролитина является возраст, а не пол или индекс массы тела. При этом, метаботип UM-A наиболее выражен в молодом возрасте, а склонность к UM-B увеличивался с течением времени. Предполагают, что различия между индивидами в метаботипе уролитина могут объяснить неудачи испытаний экстракта граната на людях. В связи с этим уровень уролитинов в плазме крови после употребления экстракта граната оказывается различным у разных людей. В одном из исследований сообщалось, что у людей, принявших 180 мл гранатового сока (25 мг эгалловой кислоты, 318 мг эллагитаннинов), через один час после приема в плазме крови определялось 31,9 нг/мл эллаговой кислоты, которая выводилась через четыре часа [6]. Таким образом, в исследованиях с использованием экстракта или сока граната к двум важным выводам: 1) люди могут по-разному метаболизировать гранат, и 2) гранатовый сок содержит много других соединений (например, различные полифенолы). Процесс выработки уролитинов непостоянен и наблюдается только примерно у 40% пожилых людей. Для того чтобы стать «производителем уролитина А», необходим соответствующий микробиом кишечника, который зависит от возраста, состояния здоровья и рациона питания.

Биодоступность уролитинов при пероральном приеме умеренная, поэтому в настоящее время компания Amazentis разрабатывает форму уролитина А с повышенной биодоступностью [7]. Еще одним производителем уролитинов А и B с 2021 года стала китайская фармацевтическая компания Cofttek Holding Limited [8].

Доклинические исследования

Нейропротекторное действие

Данные свидетельствуют о том, что гранат может быть полезен в животных моделях болезни Альцгеймера; однако более интересен потенциал уролитина А в отношении аутофагии и митофагии. Всего проведено семь доклинических исследований с использованием экстракта граната. Исследования на людях, направленных на профилактику деменции, предотвращение ухудшения или на улучшение когнитивных функций, с использованием граната или уролитина не проводились.

В ходе лабораторных и клинических исследований были выявлены некоторые механизмы нейропротекторного действия. В статье [9] авторы опубликовали вычислительные работы in silico для оценки потенциала различных компонентов экстракта граната и уролитинов преодолевать гематоэнцефалический барьер (ГЭБ). Было предсказано, что ни одно из соединений, содержащихся в гранате, не пересекает ГЭБ. Однако расчеты показали, что уролитины A и B (и их метилированное производное) проникают через ГЭБ. Уролитин А также уменьшал фибриллизацию Aβ in vitro и улучшал выживаемость в модели болезни Альцгеймера на червях.

Краткосрочное лечение экстрактом граната в течение трех недели старых мышей с болезнью Альцгеймера снижало уровень Aβ42, но не изменяло познавательные способности [10]. Более длительное применение экстракта на молодых или старых мышах с болезнью Альцгеймера уменьшило количество амилоидных бляшек, окислительный стресс, воспаление (TNFα и другие цитокины, микроглиоз, но не астроглиоз) и увеличило плотность синапсов, BDNF, аутофагию и улучшило когнитивные показатели [11-16]. Проведены исследования по влиянию уролитина на старение, продолжительность жизни и ССЗ в модельных организмах, а также на нейропатию у грызунов.

На крысиной модели нейропатии, вызванной перерезанием большеберцового и икроножного нервов, 24-дневное лечение стандартизированным экстрактом плодов граната (Punica granatum L.), содержащим 41,6% эллаговой кислоты, 10% пуникалагинов и 5,1% гранатина, ослабило невропатическую боль, снизило уровень TNFα, повысило концентрации глутатиона и нитрита [17].

Продолжительность жизни и старение

Исследования in vitro на линиях клеток мышиных макрофагов J774.1 и HEK (клетки почки эмбриона человека) показывают, что уролитин А предотвращает активацию макрофагов, для чего требуется эффективная аутофагия [18].

Уролитин А увеличил продолжительность жизни круглых червей Caenorhabditis elegans на 45%, хотя при использовании эллаговой кислоты такого действия не наблюдалось. Препарат повышал активность червей (например, работу фарингеального насоса) и улучшал организацию мышечных волокон. Продление жизни зависело от функции митохондрий и митофагии. Интересно, что уролитин А понижал содержание митохондрий у молодых червей, сохраняя при этом максимальную дыхательную способность, и увеличивал количество митохондрий у старых особей. В двух линиях клеток млекопитающих (мышцы и кишечник) уролитин А также индуцировал аутофагию. Добавка граната в корм для плодовых мушек увеличила продолжительность жизни самцов и самок на 18% и 8%, соответственно [19].

Никотинамид рибозид (Nicotinamide riboside) – стимулятор НАД+

Никотинамид рибозид – нуклеозид, сочетающий никотинамид (витамин B3) и рибозу, который стимулирует выработку никотинамидадениндинуклеотида (NAD+), регулирующего окислительно-восстановительные процессы и выработку энергии. В доклинических испытаниях никотинамид…
Подробнее

Шестинедельное лечение старых мышей, которым вводили уролитин А 50 мг/кг в день в течение восьми месяцев, увеличило беговую выносливость на 42%, в то время как введение уролитина А молодым мышам повышало выносливость на 65%. Хроническое введение уролитина А не повлияло на увеличение массы тела или эволюцию жировой и безжировой массы тела. Несмотря на отсутствие изменений в мышечной массе, сила хвата увеличилась на 9% и на 57% – уровень спонтанной физической нагрузки, измеренной с помощью бегового колеса. Это позволяет предположить, что выявленные преимущества после применения препарата были, в первую очередь, связаны с эффективностью работы мышц [20].

Дистрофия мышц

Мышечная дистрофия Дюшенна (МДД) является наиболее распространенной мышечной дистрофией, и, несмотря на достижения в области генетических и фармакологических методов лечения, лечение этой болезни остается серьезной проблемой. Митохондриальная дисфункция способствует развитию МДД, однако механизмы, с помощью которых это происходит, остаются неустановленными. Данные на экспериментальных моделях и на образцах тканей пациентов с МДД ex vivo показывают, что снижение экспрессии генов, участвующих в митохондриальной аутофагии или митофагии, способствует митохондриальной дисфункции [21]. Маркеры митофагии снижены в скелетных мышцах и в мышечных стволовых клетках (MuSCs) мышиной модели МДД. Введение активатора митофагии – уролитина А в дозе 50 пг/день в течение 10 недель – восстановило митофагию у червей и мышей с МДД и в первичных миобластах пациентов с МДД ex vivo, повысив ее в ~3,5 раза от контрольного группы. Также улучшилисьдыхательная способность скелетных мышц и регенеративная функция MuSCs, что привело к восстановлению работоспособности мышц и повышению выживаемости в мышиных моделях МДД. Эти данные показывают, что восстановление митофагии облегчает симптомы МДД, и предполагают, что уролитин А может найти потенциальное терапевтическое применение при мышечных дистрофиях.

Сердечно-сосудистые заболевания

В крысиной модели повреждения аорты на диете с высоким содержанием холестерина 12-недельное лечение уролитином А по 3 мг/кг в день снизило уровень ЛПНП, снизило уровень ангиотензина II, повысило активность Nrf2 и улучшило морфологию стенок аорты [22]. В крысиной модели стрептозотоцин-индуцированного диабета 1 типа, трехнедельное лечение уролитином A и B по 2,5 мг/кг в день в течение трех недель улучшило сердечную функцию (максимальная скорость давления в желудочках, уменьшенное время сокращения, сократимость кардиомиоцитов и т.д.) [23]. Применение уролитинов in vivo снижало примерно на 30% экспрессию провоспалительного цитокина фракталкина в миокарде, предотвращая ранний воспалительный ответ сердечных клеток на гипергликемию. Улучшение микроокружения миокарда имело функциональное проявление, о чем свидетельствует увеличение максимальной скорости повышения давления в желудочках по сравнению с диабетической группой (+18% и +31% у крыс, леченных уролитином А и Б, соответственно), а также параллельное уменьшение времени изоволюмического сокращения (-12%). В соответствии с гемодинамическими данными, оба уролитина вызывали восстановление сократимости кардиомиоцитов и динамики кальция, что привело к увеличению скорости повторного растяжения (в среднем +21%), уменьшению времени повторного растяжения (-56%) и более эффективному удалению цитозольного кальция (-32%). В модели ишемии/реперфузии уролитин А снижал гибель клеток и размер инфаркта, улучшал сердечную функцию и уменьшал концентрацию активных форм кислорода. Эти эффекты были опосредованы через путь PI3K/Akt [24].

Экстракт граната в многочисленных мышиных моделях атеросклероза уменьшал размер атеросклеротических бляшек до 44% и долю окклюзионных бляшек коронарных артерий. Экстракт также снижал уровни окислительного стресса, окси-ЛПНП (окисленные липопротеины низкой плотности), MCP-1 (который рекрутирует макрофаги в бляшки), накопления липидов, макрофагальной инфильтрации и фиброза в миокарде, а также увеличивал эффлюкс холестерина макрофагами [25-27]. Исследования in vitro показывают, что комбинация уролитина А и уролитина В повышает уровень нитритов/нитратов и эндотелиальной NO-синтазы, но не оказывает никакого эффекта по отдельности [28]. В эндотелиальных клетках артерий человека, подвергшихся воздействию окси-ЛПНП, уролитин А повышал выживаемость клеток, увеличивал экспрессию NO и эндотелиальной NO-синтазы, а также снижал экспрессию воспалительных белков [29].

Улучшение целостности кишечного барьера

Важность микробиоты кишечника для здоровья и патофизиологии человека неоспорима. Несмотря на обилие данных метагеномики, функциональная динамика микробиоты кишечника у здорового и больного человека остается малоизученной. Уролитин А, основной микробный метаболит, образующийся из полифенольных веществ ягод и плодов граната, обладает противовоспалительной, антиокислительной и антивозрастной активностью. В работе [30] исследователи на мышиной модели колита, вызванного 2,4,6-тринитробензолсульфоновой кислотой или декстрансульфатом, показали, что уролитин А и его синтетический аналог UAS03 с восстановленной до CH2 карбонильной группой в дозе по 20 мг/кг каждые 12 часов в течение 60 часов значительно улучшают барьерную функцию кишечника и подавляют воспаление. Концентрации маркеров воспаления у обработанных уролитином А мышей снижались на ~30–50%, а длина кишечника сохранялась на уровне до 70% от таковой у интактных животных. Уролитин А и UAS03 выполняют барьерные функции через активацию арил-углеводородных рецепторов (AhR) и Nrf2-зависимых путей, повышая уровни эпителиальных белков плотного соединения. Важно отметить, что лечение этими соединениями в доклинических моделях ослабляло колит путем устранения барьерной дисфункции и благодаря противовоспалительной активности.

Клинические исследования

Исследования на животных показывают пользу граната, но результаты на людях неоднозначны. Уролитин А изучался в двух типах клинических исследований: 1) ассоциативные исследования, в которых испытуемые получали пищевой источник с предшественниками уролитина (например, гранатовый сок или экстракт) и впоследствии оценивали профиль производства уролитина, и 2) интервенционные клинические исследования, в которых люди непосредственно получали уролитин А путем перорального приема. Потенциал уролитина А в организме человека еще предстоит выяснить.

Дистрофия мышц

В исследовании фазы 1, проведенном на 60 добровольцах, у пожилых людей 28-дневный прием уролитина А по 250–2000 мг/день стимулировал аутофагию, улучшал функцию митохондрий и окисление жирных кислот в скелетных мышцах человека, как отмечено в презентации компании Amazentis на конференции [7]. Некоторые результаты исследования раскрыты в статье 2019 года [31]. Уролитин А являлся биологически доступным в плазме крови во всех испытанных дозах. Мешающего эффекта приема пищи, когда препарат вводился в пищевой матрице с высокобелковым йогуртом не наблюдалось. Период полураспада составил 17–22 часа, скорее всего, из-за активной энтерогепатической рециркуляции. Уролитин А присутствовал в плазме, как в виде исходного соединения, так и в виде глюкуронида и конъюгированных сульфонированных форм. В тканях скелетных мышц препарат в основном присутствовал в своей неизмененной форме. Концентрации маркеров окисления жирных кислот на фоне приема 1000 мг уролитина А увеличились в 2,5 (CPT1B) раза и в примерно в 10 раз (FABP3), как и маркеров митохондриального биогенеза и аутофагии – до трехкратного от исходного уровня. Уролитин А повысил экспрессию набора генов GO_MITOCHONDRION в скелетной мышце латерального валика испытуемых после приема в дозе 500 или 1000 мг в течение 28 дней по сравнению с плацебо и в той же мышце сидячих или активных здоровых пожилых людей. Таким образом, препарат может быть полезен при лечении возрастной дистрофии мышц.

Сердечно-сосудистые заболевания

По данным метаанализа восьми рандомизированных контролируемых исследований (РКИ) было обнаружено, что потребление гранатового сока в дозах от 50 до 300 мл/день снижает систолическое артериальное давление (-5 мм рт. ст.) и диастолическое артериальное давление (-2 мм рт. ст.) [32]. Независимо от продолжительности исследования (больше или меньше 12 недель) или дозы, снижение систолического давления было значительным, а диастолического – незначительным при высоких и низких дозах [33].

В другом метаанализе двенадцати РКИ сообщили, что гранатовый сок не изменил уровень ЛПНП или ЛПВП, но снизил содержание триглицеридов. Два замечания к вышеупомянутым исследованиям заключаются в том, что гранатовый сок содержит много других соединений, а люди, как отмечено выше, по-разному метаболизируют эллаговую кислоту. Таким образом, эти исследования могут не иметь отношения к уролитину А, а их результаты находятся под влиянием других биологически активных компонентов граната. Неоднозначные результаты также отражены в двух метаанализах, показавших отсутствие пользы гранатового сока для контроля уровня глюкозы или С-реактивного белка [34, 35].

Черепно-мозговая травма у младенцев

Исследования на животных продемонстрировали терапевтический потенциал гранатового сока, богатого полифенолами. Сообщалось об изменении микроструктуры белого вещества и функциональных связей в головном мозге младенцев после внутриутробного воздействия гранатового сока при беременности свнутриутробным ограничением роста (ВУОР). В двойном слепом рандомизированном контролируемом исследовании проведено изучение влияния употребления гранатового сока матерью на структуру мозга и повреждения во второй когорте беременных с ВУОР, диагностированным на сроке 24–34 недели беременности (NCT04394910) [36]. Девяносто девять матерей и их соответствующие требованиям плоды (n=103) были рандомизированы на прием 8 унций (~237 мл) гранатового сока (n=56) или плацебо (n=47), которые должны были употребляться ежедневно с момента поступления и до родов. Подгруппа участников прошла эхокардиограмму плода после двух недель приема сока и 57 младенцев (n=26 из группы приема гранатового сока, n=31 – плацебо) прошли МРТ для оценки повреждения мозга, объемов и диффузии белого вещества. Значительных различий между группами в объемах мозга или микроструктуре белого вещества обнаружено не было. Однако младенцы, матери которых употребляли гранатовый сок, продемонстрировали пониженный, по сравнению с плацебо, риск повреждения мозга, включая любое повреждение белого или серого вещества коры головного мозга. Эти предварительные результаты свидетельствуют о том, что гранатовый сок может служить безопасным внутриутробным нейропротектором при беременности, осложненной ВУОР, что требует дальнейшего изучения.

Рак предстательной железы

Гранат также был протестирован в клинических испытаниях при раке простаты. В исследовании с участием 183 человек после первичной терапии рака простаты экстракт граната (доза не указана) не увеличивал время удвоения простатоспецифическогой антигена (ПСА) [37]. Однако в подгруппе пациентов с генотипом AA супероксиддисмутазы марганца (MnSOD) (что может указывать на низкий антиоксидантный статус) время удвоения ПСА увеличилось на 12 месяцев в группе приема граната по сравнению с 1,8 месяцами в группе плацебо. Однако количество пациентов с генотипом MnSOD AA было небольшим.

Дозировка, побочные эффекты и безопасность

Уролитин А находится в стадии разработки и не является одобренным препаратом. Экстракт граната доступен в магазинах, продающих биологически активные добавки. Гранаты и гранатовый сок – популярные пищевые продукты.

Долгосрочная безопасность добавок с уролитином А и гранатом неизвестна, но краткосрочное лечение экстрактом граната безопасно. Исследования компании Amazentis показали, что уролитин А безопасен в дозировке 250–2000 мг в течение 28 дней.

В клинических исследованиях экстракт граната оказался безопасен. Высокие дозы (3000 мг/день в течение 28 дней) усиливали диарею. Однако крупномасштабные долгосрочные исследования не проводились [38].

Учитывая эту информацию, уролитин А, вероятно, безопасен, однако это следует подтвердить в будущих исследованиях.

Информации о лекарственном взаимодействии с уролитином А не известно. Однако гранатовый сок взаимодействует с цитохромом Р450, который отвечает за разрушение ксенобиотиков в организме, и, таким образом, может вызывать побочные эффекты, обусловленные приемом других препаратов [38]. Стоит учитывать, что уролитин А присутствует в моче до 48 часов после употребления гранатового сока.

Что касается дозировки, уролитин А в различных исследованиях тестируют в дозах 250–2000 мг/день. В большинстве экспериментов с гранатовым соком использовалось 250–500 мл/день (или 500–1000 мг/день экстракта граната).

Заключение

Рисунок 2 – Потенциальные полезные эффекты уролитина А

В данном обзоре на широком спектре in vivo моделей рассмотрены полезные свойства пищевого естественного метаболита – уролитина А. Результаты показывают, что препарат может быть способствовать улучшению здоровья при старении и некоторых хронических заболеваниях (Рис. 2). Важно отметить, что уролитин А защищает от физиологического упадка, что подтверждается восстановлением мышечной функции у молодых животных и предотвращением возрастной дистрофии мышц у старых мышей.

Повышенный интерес к использованию пищевых добавок с уролитином А или экстрактом граната для содействия здоровому старению поддерживается двумя ключевыми факторами. Во-первых, возраст может снизить естественную способность производить уролитин А из его пищевых предшественников. Во-вторых, людям необходим определенный состав микробиома кишечника для такого преобразования, а этот процесс изменчив и протекает только приблизительно у 40% пожилых людей. Примечательно, что дисбактериоз кишечника является общей чертой нескольких возрастных заболеваний и может способствовать ухудшению выработки уролитин А.

Действие уролитина А при старении и возрастных заболеваниях опосредовано активацией митофагии, улучшением функции митохондрий и уменьшением воспаления, что, скорее всего, также связано с его влиянием на функцию митохондрий. Для уролитина А также предложены и другие механизмы действия, связанные с антиокислительным ответом и ингибированием регуляторов пролиферации раковых клеток. Вклад этих механизмов в положительное влияние уролитина А на старение требует дальнейшего изучения. Вполне вероятно, что уролитин А влияет на различные пути в зависимости от конкретного органа и условий. Кроме того, в экспериментах, описанных в данном обзоре, часто используются различные режимы дозирования и пути введения. При планировании будущих исследований уролитина А необходимо учитывать эту вариабельность.

С медицинской точки зрения, действие уролитина А на человека изучено слабо. Клиническое исследование фазы 1 подтвердило активацию митохондриальных биомаркеров в мышцах и плазме крови, как это было показано ранее в клетках и in vivo в модельных организмах. Исходя из этих данных, есть веские основания для изучения влияния уролитина А на состояния, связанные с митохондриальной и мышечной дисфункцией. К ним относятся возрастные патологии с сильным митохондриальным компонентом, такие как мышечное истощение и снижение когнитивных функций, а также заболевания, включая митохондриальные болезни и мышечные дистрофии.

Растущее число литературных данных свидетельствует о благотворном влиянии уролитина А, природного соединения с доказанной биологической безопасностью, на здоровое старение. Эти данные поддерживают использование уролитина А, гранатового сока или экстракта в качестве пищевых добавок у людей для улучшения функции митохондрий и здоровья организма в процессе старения. Однако эти результаты также требуют дальнейших исследований для выявления терапевтического потенциала уролитина А.


Реверол, Рекардин и другие лиганды рецептора REV-ERB. При дистрофии и для регенерации мышц

Рецептор REV-ERB, регулирует ключевые процессы в организме – сон, суточные ритмы и регенерацию мышц. Лиганды рецептора могут действовать как его агонисты или антагонисты, вызывая ответную…
Подробнее

1.         D’Amico, D., Andreux, P.A., Valdés, P., Singh, A., Rinsch, C., Auwerx, J., Impact of the Natural Compound Urolithin A on Health, Disease, and Aging. Trends in Molecular Medicine, 2021. 27(7): p. 687-699. DOI: https://doi.org/10.1016/j.molmed.2021.04.009.

2.         Doyle, B., Griffiths, L.A., The metabolism of ellagic acid in the rat. Xenobiotica, 1980. 10(4): p. 247-256. DOI: 10.3109/00498258009033752.

3.         Cerdá, B., Periago, P., Espín, J.C., Tomás-Barberán, F.A., Identification of Urolithin A as a Metabolite Produced by Human Colon Microflora from Ellagic Acid and Related Compounds. Journal of Agricultural and Food Chemistry, 2005. 53(14): p. 5571-5576. DOI: 10.1021/jf050384i.

4.         Cortés-Martín, A., García-Villalba, R., González-Sarrías, A., Romo-Vaquero, M., Loria-Kohen, V., Ramírez-de-Molina, A., Tomás-Barberán, F.A., Selma, M.V., Espín, J.C., The gut microbiota urolithin metabotypes revisited: the human metabolism of ellagic acid is mainly determined by aging. Food & function, 2018. 9(8): p. 4100-4106. DOI: 10.1039/c8fo00956b.

5.         González-Sarrías, A., García-Villalba, R., Romo-Vaquero, M., Alasalvar, C., Örem, A., Zafrilla, P., Tomás-Barberán, F.A., Selma, M.V., Espín, J.C., Clustering according to urolithin metabotype explains the interindividual variability in the improvement of cardiovascular risk biomarkers in overweight-obese individuals consuming pomegranate: A randomized clinical trial. Molecular Nutrition & Food Research, 2017. 61(5): p. 1600830. DOI: https://doi.org/10.1002/mnfr.201600830.

6.         Seeram, N.P., Lee, R., Heber, D., Bioavailability of ellagic acid in human plasma after consumption of ellagitannins from pomegranate (Punica granatum L.) juice. Clinica Chimica Acta, 2004. 348(1): p. 63-68. DOI: https://doi.org/10.1016/j.cccn.2004.04.029.

7.         Amazentis SA. 2021; Available from: https://www.amazentis.com/.

8.         Cofttek Holding Limited. 2021; Available from: https://www.cofttek.com/.

9.         Yuan, T., Ma, H., Liu, W., Niesen, D.B., Shah, N., Crews, R., Rose, K.N., Vattem, D.A., Seeram, N.P., Pomegranate’s Neuroprotective Effects against Alzheimer’s Disease Are Mediated by Urolithins, Its Ellagitannin-Gut Microbial Derived Metabolites. ACS Chemical Neuroscience, 2016. 7(1): p. 26-33. DOI: 10.1021/acschemneuro.5b00260.

10.       Ahmed, A., H. , Subaiea, G., M. , Eid, A., Li, L., Seeram, N., P. , Zawia, N., H. , Pomegranate Extract Modulates Processing of Amyloid-β Precursor Protein in an Aged Alzheimer`s Disease Animal Model. Current Alzheimer Research, 2014. 11(9): p. 834-843. DOI: http://dx.doi.org/10.2174/1567205011666141001115348.

11.       Hartman, R.E., Shah, A., Fagan, A.M., Schwetye, K.E., Parsadanian, M., Schulman, R.N., Finn, M.B., Holtzman, D.M., Pomegranate juice decreases amyloid load and improves behavior in a mouse model of Alzheimer’s disease. Neurobiology of Disease, 2006. 24(3): p. 506-515. DOI: https://doi.org/10.1016/j.nbd.2006.08.006.

12.       Choi, S.J., Lee, J.-H., Heo, H.J., Cho, H.Y., Kim, H.K., Kim, C.-J., Kim, M.O., Suh, S.H., Shin, D.-H., Punica granatum Protects Against Oxidative Stress in PC12 Cells and Oxidative Stress-Induced Alzheimer’s Symptoms in Mice. Journal of Medicinal Food, 2011. 14(7-8): p. 695-701. DOI: 10.1089/jmf.2010.1452.

13.       Rojanathammanee, L., Puig, K.L., Combs, C.K., Pomegranate polyphenols and extract inhibit nuclear factor of activated T-cell activity and microglial activation in vitro and in a transgenic mouse model of Alzheimer disease. J Nutr, 2013. 143(5): p. 597-605. DOI: 10.3945/jn.112.169516.

14.       Subash, S., Essa, M.M., Al-Asmi, A., Al-Adawi, S., Vaishnav, R., Braidy, N., Manivasagam, T., Guillemin, G.J., Pomegranate from Oman Alleviates the Brain Oxidative Damage in Transgenic Mouse Model of Alzheimer’s disease. J Tradit Complement Med, 2014. 4(4): p. 232-238. DOI: 10.4103/2225-4110.139107.

15.       Essa, M.M., Subash, S., Akbar, M., Al-Adawi, S., Guillemin, G.J., Long-term dietary supplementation of pomegranates, figs and dates alleviate neuroinflammation in a transgenic mouse model of Alzheimer’s disease. PloS one, 2015. 10(3): p. e0120964-e0120964. DOI: 10.1371/journal.pone.0120964.

16.       Braidy, N., Essa, M.M., Poljak, A., Selvaraju, S., Al-Adawi, S., Manivasagm, T., Thenmozhi, A.J., Ooi, L., Sachdev, P., Guillemin, G.J., Consumption of pomegranates improves synaptic function in a transgenic mice model of Alzheimer’s disease. Oncotarget, 2016. 7(40): p. 64589-64604. DOI: 10.18632/oncotarget.10905.

17.       Jain, V., Pareek, A., Bhardwaj, Y.R., Singh, N., Attenuating effect of standardized fruit extract of Punica granatum L in rat model of tibial and sural nerve transection induced neuropathic pain. BMC Complement Altern Med, 2013. 13: p. 274-274. DOI: 10.1186/1472-6882-13-274.

18.       Boakye, Y.D., Groyer, L., Heiss, E.H., An increased autophagic flux contributes to the anti-inflammatory potential of urolithin A in macrophages. Biochimica et Biophysica Acta (BBA) — General Subjects, 2018. 1862(1): p. 61-70. DOI: https://doi.org/10.1016/j.bbagen.2017.10.006.

19.       Balasubramani, S.P., Mohan, J., Chatterjee, A., Patnaik, E., Kukkupuni, S.K., Nongthomba, U., Venkatasubramanian, P., Pomegranate Juice Enhances Healthy Lifespan in Drosophila melanogaster: An Exploratory Study. Front Public Health, 2014. 2: p. 245-245. DOI: 10.3389/fpubh.2014.00245.

20.       Ryu, D., Mouchiroud, L., Andreux, P.A., Katsyuba, E., Moullan, N., Nicolet-Dit-Félix, A.A., Williams, E.G., Jha, P., Lo Sasso, G., Huzard, D., Aebischer, P., Sandi, C., Rinsch, C., Auwerx, J., Urolithin A induces mitophagy and prolongs lifespan in C. elegans and increases muscle function in rodents. Nat Med, 2016. 22(8): p. 879-888. DOI: 10.1038/nm.4132.

21.       Luan, P., D’Amico, D., Andreux, P.A., Laurila, P.-P., Wohlwend, M., Li, H., Imamura de Lima, T., Place, N., Rinsch, C., Zanou, N., Auwerx, J., Urolithin A improves muscle function by inducing mitophagy in muscular dystrophy. Sci Transl Med, 2021. 13(588). DOI: 10.1126/scitranslmed.abb0319.

22.       Cui, G.H., Chen, W.Q., Shen, Z.Y., Urolithin A shows anti-atherosclerotic activity via activation of class B scavenger receptor and activation of Nef2 signaling pathway. Pharmacological reports : PR, 2018. 70(3): p. 519-524. DOI: 10.1016/j.pharep.2017.04.020.

23.       Savi, M., Bocchi, L., Mena, P., Dall’Asta, M., Crozier, A., Brighenti, F., Stilli, D., Del Rio, D., In vivo administration of urolithin A and B prevents the occurrence of cardiac dysfunction in streptozotocin-induced diabetic rats. Cardiovascular diabetology, 2017. 16(1): p. 80. DOI: 10.1186/s12933-017-0561-3.

24.       Tang, L., Mo, Y., Li, Y., Zhong, Y., He, S., Zhang, Y., Tang, Y., Fu, S., Wang, X., Chen, A., Urolithin A alleviates myocardial ischemia/reperfusion injury via PI3K/Akt pathway. Biochemical and Biophysical Research Communications, 2017. 486(3): p. 774-780. DOI: https://doi.org/10.1016/j.bbrc.2017.03.119.

25.       Al-Jarallah, A., Igdoura, F., Zhang, Y., Tenedero, C.B., White, E.J., MacDonald, M.E., Igdoura, S.A., Trigatti, B.L., The effect of pomegranate extract on coronary artery atherosclerosis in SR-BI/APOE double knockout mice. Atherosclerosis, 2013. 228(1): p. 80-89. DOI: 10.1016/j.atherosclerosis.2013.02.025.

26.       Kaplan, M., Hayek, T., Raz, A., Coleman, R., Dornfeld, L., Vaya, J., Aviram, M., Pomegranate juice supplementation to atherosclerotic mice reduces macrophage lipid peroxidation, cellular cholesterol accumulation and development of atherosclerosis. J Nutr, 2001. 131(8): p. 2082-2089. DOI: 10.1093/jn/131.8.2082.

27.       Aviram, M., Dornfeld, L., Rosenblat, M., Volkova, N., Kaplan, M., Coleman, R., Hayek, T., Presser, D., Fuhrman, B., Pomegranate juice consumption reduces oxidative stress, atherogenic modifications to LDL, and platelet aggregation: studies in humans and in atherosclerotic apolipoprotein E-deficient mice. The American journal of clinical nutrition, 2000. 71(5): p. 1062-1076. DOI: 10.1093/ajcn/71.5.1062.

28.       Spigoni, V., Mena, P., Cito, M., Fantuzzi, F., Bonadonna, R.C., Brighenti, F., Dei Cas, A., Del Rio, D., Effects on Nitric Oxide Production of Urolithins, Gut-Derived Ellagitannin Metabolites, in Human Aortic Endothelial Cells. Molecules, 2016. 21(8). DOI: 10.3390/molecules21081009.

29.       Han, Q.A., Yan, C., Wang, L., Li, G., Xu, Y., Xia, X., Urolithin A attenuates ox-LDL-induced endothelial dysfunction partly by modulating microRNA-27 and ERK/PPAR-γ pathway. Mol Nutr Food Res, 2016. 60(9): p. 1933-1943. DOI: 10.1002/mnfr.201500827.

30.       Singh, R., Chandrashekharappa, S., Bodduluri, S.R., Baby, B.V., Hegde, B., Kotla, N.G., Hiwale, A.A., Saiyed, T., Patel, P., Vijay-Kumar, M., Langille, M.G.I., Douglas, G.M., Cheng, X., Rouchka, E.C., Waigel, S.J., Dryden, G.W., Alatassi, H., Zhang, H.-G., Haribabu, B., Vemula, P.K., Jala, V.R., Enhancement of the gut barrier integrity by a microbial metabolite through the Nrf2 pathway. Nature Communications, 2019. 10(1): p. 89. DOI: 10.1038/s41467-018-07859-7.

31.       Andreux, P.A., Blanco-Bose, W., Ryu, D., Burdet, F., Ibberson, M., Aebischer, P., Auwerx, J., Singh, A., Rinsch, C., The mitophagy activator urolithin A is safe and induces a molecular signature of improved mitochondrial and cellular health in humans. Nature Metabolism, 2019. 1(6): p. 595-603. DOI: 10.1038/s42255-019-0073-4.

32.       Sahebkar, A., Ferri, C., Giorgini, P., Bo, S., Nachtigal, P., Grassi, D., Effects of pomegranate juice on blood pressure: A systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials. Pharmacological Research, 2017. 115: p. 149-161. DOI: https://doi.org/10.1016/j.phrs.2016.11.018.

33.       Sahebkar, A., Simental-Mendía, L.E., Giorgini, P., Ferri, C., Grassi, D., Lipid profile changes after pomegranate consumption: A systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials. Phytomedicine, 2016. 23(11): p. 1103-1112. DOI: https://doi.org/10.1016/j.phymed.2015.12.014.

34.       Sahebkar, A., Gurban, C., Serban, A., Andrica, F., Serban, M.-C., Effects of supplementation with pomegranate juice on plasma C-reactive protein concentrations: A systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials. Phytomedicine, 2016. 23(11): p. 1095-1102. DOI: https://doi.org/10.1016/j.phymed.2015.12.008.

35.       Huang, H., Liao, D., Chen, G., Chen, H., Zhu, Y., Lack of efficacy of pomegranate supplementation for glucose management, insulin levels and sensitivity: evidence from a systematic review and meta-analysis. Nutrition journal, 2017. 16(1): p. 67. DOI: 10.1186/s12937-017-0290-1.

36.       Ross, M.M., Cherkerzian, S., Mikulis, N.D., Turner, D., Robinson, J., Inder, T.E., Matthews, L.G., A randomized controlled trial investigating the impact of maternal dietary supplementation with pomegranate juice on brain injury in infants with IUGR. Scientific reports, 2021. 11(1): p. 3569-3569. DOI: 10.1038/s41598-021-82144-0.

37.       Pantuck, A.J., Pettaway, C.A., Dreicer, R., Corman, J., Katz, A., Ho, A., Aronson, W., Clark, W., Simmons, G., Heber, D., A randomized, double-blind, placebo-controlled study of the effects of pomegranate extract on rising PSA levels in men following primary therapy for prostate cancer. Prostate cancer and prostatic diseases, 2015. 18(3): p. 242-248. DOI: 10.1038/pcan.2015.32.

38.       Vlachojannis, C., Zimmermann, B.F., Chrubasik-Hausmann, S., Efficacy and safety of pomegranate medicinal products for cancer. Evidence-based complementary and alternative medicine : eCAM, 2015. 2015: p. 258598. DOI: 10.1155/2015/258598.